b000002472

ромные листья кувшинок, росших в небольшой заводи, — все в это утро выглядело прямо-таки прекрасно. Но особенно хороша была сама река — зеленокосая, чистая и скромная, как девушка. Всяких рек и речушек много на свете, но нет милее той, что стру­ ится у ног твоих. Мне хотелось найти получше местечко для уженья, и я по приме­ там, знакомым лишь опытным рыболовам, изо всех хороших мест выбирал самый уютный уголок на реке, суливший добычливую зорю. На повороте, там, где кончался луг, я нашел такое место по со­ седству с густым подлеском, сел на косогоре под кустом краснотала и, веером раскинув удочки, приступил к ловле. Здесь всегда клевала плотва, нередко попадали довольно крупные широколобые головли, ловить которых я особенно любил, а то вдруг стаей подплывали к бе­ регу бойкие, прожорливые окуни, смело, с налета бравшие нажив­ ку. Мне для ухи все годилось. Так спокойно удил я рыбу в эти тихие утренние минуты, не ожи­ дая никаких чудес и. не думая об открытиях. Но вдруг слева от меня раздался странный шум, и в следующие секунды огромная стая сереб­ ристо-серых куликов стремительно пролетела мимо меня. Я не сразу сообразил, что это за птицы. ...Не приходилось ли вам в летнюю пору, задумавшись, идти по обочине пустынного шоссе? Вспомните, как мимо вас вдруг с мягким шумом промчится, обдав ветром и пылью, бог весть откуда взявшая­ ся за вашей спиной быстроходная автомашина. Вы вздрогнете и не поспеете даже номера у нее разглядеть, а она уже мелькает вдали, в тени берез и в клубах пыли. Так было в тот раз со мной. В этой внезапно появившейся из лесной стороны загадочной стае было, наверное, не меньше сотни птиц. Они летели в сторону Клязьмы плотной, гибкой, тускло отсвечивающей сталью лентой, над самой поверхностью реки, в точности повторяя ее изгибы. Кулики чуть ли пе срезали острыми крыльями ветви кустов и макушки осоки и почти касались белесыми брюшками своих розовых отражений в воде. Впе­ реди летел вожак птичьей стаи — темноспинный большой кулик. Если бы я успел положить на них сверху плащ, думается, что это пе остановило бы птиц, и они на сильных, серповидных крыльях сво- их легко донесли бы ношу до самого устья. Кулики не заметили меня, хотя пролетели так близко, что до них Можно было достать удочкой. Я был для них все равно что куст или Копна сена. Куцехвостые птицы не удостоили меня вниманием и с Насмешливым свистом промчались мимо, лишь слегка приподнявшись над рекой в том месте, где путь им преграждали достававшие чуть не т° середины реки мои трехколенные бамбуковые удочки. Я мог бы наловчиться и, слегка нагнувшись, поймать одного из длинноносых