b000002468

я не знаю, как это делается, может быть вы мне подскажете? - не- ужели надо говорить: «Прощайте леса, долы, цветочки...» Ужасно глупая процедура... Так вот... прощусь с этим миром и предстану... - пред кем, как бы вы думали? Конечно. Перед Богом. Вы не верите в Бога? Ну и молодец, очень правильно поступаете, Ваня. Вера в Бога упрощает жизненную задачу, верить в него то же самое, что под- смотреть ответ на задачку, которую вам задали решать. Не следует раныне времени заглядывать на последнюю страницу учебника... Но я уже перелистал его, я уже имею право сверить свое решение с ответом, напечатанном на последней странице, и вот, когда вас не было, когда вы гуляли, я лежал один и думал, сравнивал, пред- ставлял, что скажу Богу о прожитой мною жизни. Правильно ли я жил, правильно ли решил свою жизненную задачу или может быть, ошибся? Может быть, я, действительно, должен был т о л к а т ь ? Тогда меня ждёт гнев божий, ибо я не толкал. Но я надеюсь, что не ошибся, что правильно решил свою задачу и сумею ответить с до- стоинством на все, о чём захочет спросить меня Бог. «Что ты делал при жизни?» - захочет спросить он. «Настраивал пианино», - отвечу я. «И только?» - удивится он. «Да, - отвечу я, - настраивал пианино и только, но зато одно за другим, одно за другим, и рояли тоже». «Чтоб не фалыпивили?» - спросит Бог. «Чтоб не фалынивили, - от- вечу я. - В моем городе всегда звучала чистая музыка». «Это хоро- шо, - похвалит меня Бог. - И как ты это делал?» «О, это очень просто, я натягивал струны, - скажу я, и если Бог захочет, покажу ему, как это делается. - Преимущественно, натягивал, но иногда и спускал»' «Спускал - это плохо», - скажет Бог. «Но я преимущественно на- тягивал, объясню я в оправдание. - Струны слабеют от времени й от ударов, они растягиваются и фальшивят». «Так, так, - скажет Бог. - Это интересно...» Лицо настройщика стало совсем белым и красные прожилки в глазах исчезли, он говорил все невнятнее, а последние слова Ваня два разо рал он слушал, напрягшись до дрожи в теле, мучаясь от рассказа старика, и больше не мог этого выносить. «Замолчи-