b000002468

Ему хотелось постоять еще, но он побоялся разбудить Ваню. Он очень уважал человеческий сон, считая его созданным не ради уста- лого тела, а для тайных умственных выводов из опыта прожитого дня. «Утро мудренее вечере именно потому, что ему предшествует сон, эта каждодневная репетиция смерти, - сказал он Ване утром. - Оздоровительное одиночество, единственная пора, когда мы ни- чего не стараемся. Кем бы мы стали без сна? Справочником поступ- ков, книгой выгодных рекомендаций”. Но это утром, а ночью настройщик вернулся к своей постели и опять уснул - легко и без опасений. Страх, что Ваня уйдёт, возник у него опять, когда, встав, он со- брался в магазин за продуктами. И чтоб избавиться от этого страха, он запер еще спящего Ваню, тихо повернул ключ в двери и ушел, сгорая от стыда за содеянное. Он вернулся быстро. Открыл дверь и увидел, что Ваня уже не спит, одет и задумчив, «Я пойду, - сказал Ваня сердито, и сердце настройщика упало. - Мне надо искать Кольку. Я вчера целый день разговаривал с вами и ел. Какой же я после этого друг!» «Ах, Кольку! - воскликнул настройщик облегченно. - Давайте сделаем так: сейчас мы поедим. А потом будем искать вместе. Со- гласны? Я прожил в этом городе всю жизнь, прекрасно его знаю, и если бы вы потеряли в нём пуговицу, я бы указал вам, на какой улице она лежит». И он, действительно, очень быстро отыскал больницу, в ко- торой лежал Колька. Он всего несколько минут провел в будочке телефона-автомата, а потом вышел и сказал Ване: «Едемте». И даже взял такси, чтоб быстрее. Ваня первый раз в жизни ехал в такси и настройщик это угадал. Он не сказал об этом прямо, просто он еще раз повторил, сказанное им вчера: «Как я завидую вам! С вами каж- дый день может случаться что-то в первый раз». В больнице их спросили, кем они приходятся заболевшему, и настройщик удивительно правдоподобно объяснил, что они, узнав о заболевшем мальчике и о том, что у него в городе нет родственни-