b000002468

- а один мальчишка плюнул ему в рот. И все засмеялись. Это у них была такая шутка, они прекрасно знали, что Юрка конфет не ел. По- смеявшись, они ушли, а бить не стали, только плюнули. Одним словом, выяснилось, что в каждого из нас уже плевали. На свете нет, наверное, ни одного человека, в которого хоть раз не плевали бы, такова жизнь. Ничего страшного от этого не происхо- дит, никакого несмываемого пятна. Особенно необидно, если тебе в лицо плюнет близкий товарищ. Обсудив всё это, мы решили нарушить клятву и признаться женщине, что Мая зелёный луч не ослеплял. Сам-то луч, конечно, был - блеснул с кометы, но не ослепил. 42 А вдруг его вообще не было? Мы в тот вечер поговорили и на эту тему. Решили посомневаться во всём на свете. Если время от времени не сомневаться во всём на свете, то как дурак, начинаешь во всё верить. И вот мы стали говорить друг другу: может, Маю зелёный луч померещился? Может, трещина в разбитом стекле блеснула зелё- ным цветом? Может, ещё что-нибудь произошло, в результате чего Май ошибся? И решили, что это не страшно. Ошибся - это совсем другое дело, это не ложь, это даже очень благородно - ошибиться, - где, интересно, проживает учёный, который никогда не ошибался, по- кажите такого умника, который всю жизнь говорил правильно. На всеете тысячи ошибочных открытий. Учёные, сделавшие их, про славились на весь мир, пусть их потом опровергли, но ведь славу им оставили, только открытие забрали, - в книгах так и пишут. суще^ ствовала такая-то ошибочная теория, её придумал прославленньш учёный такой-то... И далыпе: учёные имеют право на ошибку. Так не одни же академики, а Май тоже имеет? Шестьдесят шесть лет он ходил бы прославленный и с наградами. Потом комета приле