b000002468

лись вопросу - им прервалось молчание. Кроме того, женщина не ругала нас, не стыдила, её голос звучал так, будто она по-прежнему относится к нам с симпатией и уважением. Это было приятной не- ожиданностью. «Мы подумали, - продолжала женщина, - какая глупая детская выдумка! Или, проще говоря: какое враньё! Не может комета - до- вольно заурядное, в общем-то небесное тело - испускать какие-то таинственные ослепляющие лучи. Это из области плохой научной фантастики... Но вот мы получили второе письмо - подписанное уже не открывателем, а его друзьями и свидетелями. Целых три подписи... Как по-вашему, что мы подумали на этот раз?» Мы опять не знали, как ответить - слушать было гораздо лег- че, чем говорить самим. Один только Юрка прореагировал: силь- но кивнув, он показал, что догадывается, какие на этот раз, мысли появились там, в Академии. Мы же с Валеркой даже не пошевели- лись. А Май вообще смотрел в другую сторону, он не участвовал в разговоре. Рассказывая, женщина к нему не обращалась. Только к нам. «Мы подумали то же самое, что и раньше, - сказала она. - Глу- пости всё это и беспомощное враньё. Но, подумали мы, чем чёрт не шутит! Понимаете? Учёные всегда должны думать: чем чёрт не шу- тит. Каким бы нелепым ни было сообщение, отмахиваться от него. мол, так не бывает —недостойно мыслящего человека. Надо про верять. На том стоит наука. Тем более, что комета всё-таки стран ная, с нею учёным не везёт: над большинством обсерваторий мира небо и на этот раз было закрыто облаками... И вот прислали меня. Но я начинаю убеждаться, что в данном случае пошутил не чёрт. А вы, милые детки. Признавайтесь побыстрей в своей склонности к остроумию, и дело с концом. Ей-богу, я не стану вас ругать. Просто пойду на вокзал и возьму билет домой». И она повернулась к Маю, всем своим видом показывая, что не будет на него в обиде, если он честно признается, что история со слепотой - шутка. «Ну, - сказала она весело. - Говори. Смелей.>