b000002468

У нас было ощущение, что и мы неправильно живём, вдруг пе- рестав преодолевать и торопиться. Но в один прекрасный день всё это кончилось - будто гром прогремел среди ясного неба. Ничего не подозревая, я разогревал на кухне для обеда суп, когда внезапно прибежал Валерка и сообщил, что к Маю приехала тётка. Сидит и ждёт нас. 37 Мы думали, придёт письмо. В нём будет написано: ах, как хо- рошо, что Май сделал открытие! - или, наоборот: ах, как нехорошо! Или: вызовут в Академию Наук - и это планировали. Но что может приехать т ё т к а - такого никто не ожидал. Она свалилась нам, как снег на голову. Я спросил: «Что теперь будем делать?» Валерка ответил: «Она приехала разговаривать. Помни клятву: Май ослеп от зелёного луча. Смотри, не проговорись». «Это ты не проговорись», - ответил я. Юрка испугался так, что не хотел идти. «Может, скажите, что я заболел?» - попросил он. «Бороться за Мая будем вместе, - ответил я. - Помни клятву и не проговорись». «Сам не проговорись», - ска- зал Юрка. Май открыл дверь едва мы нажали кнопку звонка. Такого ещё не бывало. Он был перепуганней всех. Руки его и подбородок дро- жали. «Смотри не проговорись», - сказал ему Юрка. «Сам не прого- ворись», - ответил Май. «Тётка сидит? - спросил я. - Что она дела- ет?» «Она сидит», - ответил Май. Т ё т к а сидела посреди комнаты в кресле. Она курила сигарету. Ей было за сорок. Или за пятьдесят. Во всяком случае, моя мама младше. Может, её было даже за шестьдесят. Но работая в Акаде мии наук, она хорошо сохранилась. Увидев нас, она сказала: «Вот и прекрасно. Все открыватели в сборе. Давайте знакомится».