b000002468

Вперив в неё взгляд, Май умолк, притих, одеревенел как-то. Ни звука, от него болыне, ни движения не исходило. Он будто вмерз в трубу, так стал неподвижен. И мы не шевелились. Всё замерло, даже комета не летела. Она неподвижно светилась среди черноты, и, всмотревшись, я вдруг по- нял, чем она отличается от звёзд. Те казались приклеенными к небу, или нарисованными на нём. Комета же в и с е л а. Я никогда не видел ничего, что висело бы так высоко. Дух захватывало от того рассто- яния, которое до неё, и ещё болыне от того, которое за нею. Глядя в эту бездонность, можно было задохнуться. Я отвёл глаза и увидел Валеркиного отца. Он стоял рядом в майке и, покачиваясь, пристально рассматри- вая всех нас. «Ага, инопланетяне!» - закричал он вдруг и сильно за- пах вином. «Папа, - сказал Валерка осторожным голосом. Он стоял ссу- тулившись, труба опиралась о его плечо, он боялся пошевелиться. - Папа, иди домой». «Что я вижу! - закричал отец и, подбежав к Маю, вырвал у него трубу. - Это пушка? - он очень обрадовался. - В кого будем стрелять?» Май только моргал и озирался. Сосредоточившись на комете, он не понимал происходящего. «Где труба? Кто это? - спрашивал он жалобно. «Ах, это труба! - завопил Валеркин отец самым весёлым в мире голосом. - Она подзорная, да? Я напишу о ней стих!» - и он стал пристраивать трубу к глазу. «Кому труба?» - спросил вдруг вынырнувший из темноты его приятель, которого мы видели перед наступлением вечера. Протя- нув руки, он пошёл на Валеркиного отца, но тот трубу не отдал, за- кричав: «Мать честная! Что я вижу! Да я ничего не вижу!» «Кто это такие! - закричал вдруг и Май. - Я ничего не вижу!» «А я, думаешь, вижу? - ещё громче и обиженно закричал приятель Ва- леркиного отца. - Я тем не менее что-либо вижу!» «Вижу! Вижу!»... - заорал Валеркин отец.