b000002468

ной пословицей: цыплят по осени считают, ещё один день остался - седьмой. Синоптики товорят: ничего это день не изменит. Глянь в окно - тучи сгущаются. А дед ответил: утро вечера мудренее, - опять народной пословицей. И вот на следующее утро синоптики проснулись, идят: на голубом небе ярко блистает солнце. И сказа- ли: ну и дед! Действительно, нам у простого народа ещё учиться и учиться! 22 Мы пришли как раз вовремя. Валеркин отец открыл нам, держа в руке ремень и слегка покачиваясь. Мы сказали: «Не лупите Ва- лерку, он болыне не будет трясти жакет». Валеркин отец удивился и спросил: «Кто вы такие, чтоб мне указывать? Кто вас уполномо- чил?» Мы сказали: «Мы пришли послушать какой-нибудь новый ваш рассказ. Вы, наверное, уже написали?» Валеркин отец, спрятав ремень за спину, ответил: «Действи- тельно, написал, это вы правильно догадались. Только соседи оби- дятся, если я их не позову. Поэтому я их позову». Он вправил ремень в брюки и стал звонить во все вокруг две- ри. Соседи вышли, их лица вспыхнули радостным ожиданием - они давно не слышали новых рассказов и теперь предвкушали. Валер- кин отец принёс кипу листов и, покачиваясь, начал читать. А Валерка тем временем сидел в глубине квартиры и, конечно, желал только одного: чтоб рассказ был подлиней и своей длиной как можно дальше отдалил начало порки. Рассказ и был длинный. В нём рассказывалось, как один фараон поручил одному древнему егип- тянину построить для него пирамиду, а тот спросил: зачем? - это происходило четыре тысячи лет назад. Фараон ответил: это будет моя усыпальница. Древний египтянин сказал: ладно. И построил. А фараон заточил его в темницу, сказав: я это делаю для того, чтоб ты больше никому не построил такую же чудесную пирамиду, мне это было бы обидно. Прогрессивные люди той эпохи хотели спасти