b000002468

перед нашими лицами, крича, что нужно немедленно бежать в «Дет- ский мир», пока не раскупили последнюю коробку. Он махал перед нашими лицами десяткой. «Где ты её достал? - закричали мы. - Воровством?» «Нет, не во- ровством», - ответил Валерка. Он случайно обнаружил эту десятку в жакете своей матери. Она мерцала в глубине кармана. Но красть её Валерка не захотел, а решил раздобыть хитростью. Сняв этот жакет со спинки стула, он - будто нечаянно - его уронил. Мать, стоявшая рядом, вскричала: «Что ты роняешь? Этот жакет импортный, отец заплатил за него большими деньгами, зачем ты его вообще снял?» Валерка сказал: «Извини, я его сейчас отрях- ну», - и бросился с жакетом на балкон. Мать крикнула вслед: «Не смей прикасаться к импорту, я сама отряхну!», но опоздала - Валер- ка уже тряс жакет, свесив его с балкона. И вот десятка вытряслась и полетела вниз. Приметив, куда она упала, Валерка сказал матери: «Теперь твой жакет чистый, как но- вый», и, повесив его обратно на спинку стула, выбежал на улицу, где быстро нашёл десятку и спрятал её в босоножке, так как его мать иногда доходит до того, что роется в карманах. Вернувшись домой, он увидел, что там уже сгущаются тучи. мать держит в руках жакет и рыщет по карманам, ничего не находя. Но пока не кричит, так как жакет сшит по такой моде, что карма- нов в нём штук десять. И вот мать роется в них, злясь всё больше и больше. Наконец она обыскала все карманы и воскликнула: «Ах, ужас- ный человек, что ты натворил, в жакете лежал тюбик с французской губной помадой, которую мне твой отец подарил на Первое Мая, она ещё не вся кончилась, а ты её вытряс, грубое животное!» Валерка ответил: «Клянусь святой Марией, я это сделал нечаян но. Как она падала, я не видел». Тут из кухни пришёл валеркин отец и спросил: «О какои Ма- рии идёт речь?» Мать ему объяснила. Ни слова не говоря, отец