b000002467

За это бабка благоволила к нему и ничего не сказала, когда Петька однажды принес в огород футбольный мяч- С этого дня мы навели в городе полный порядок. Вы- пололи сорняки, сравняли б у г ры— настоящий стадион! Одни в футбол играют, другие пьіхтят над гирей. Но когда принесли сетку (в школе она л еж а л а без дела) и натянулн между деревьями, все бросились к ней. Волей- бол понравился больше всего. Думаю, бабке Луше раньше очень скучно было жить. Это и понятно: кроме телевизора, никаких культурных развлечений. А телевизор только вечером. Днем же — хоть помирай. Я считаю, помирать бабка именно из-за скуки и собиралась. Как перебрались мы в огород, она стала выносить та- буретку и сидеть днями напролет. Когда крестились ги- рей, она д аже считала вслух: раз, два, три... Голос у нее тоненький, подбородок трясется и от этого голос тоже вроде бы трясется. Когда же натянули сетку, она пере- стала вьіходить: видно, волейбол не понравился. Однаж- ды бабка снова появилась со своей табуреткой. Сидит с кружкой молока, макает в него баранку, жует н смотрит. И, оказывается, недаром смотрела. Но это мы потом узнали. До поры до времени мы на бабку Лушу не об- ращали внимания. Не до нее. Ни одной игры не проходило, чтобы мы не поруга- лись из-за судьи. Кого не выберем—обязательно одной из команд дает поблажки. Конечно, той, где друзья-то- варищи. Как ни старался каждый быть справедливым— не получалось. Справедливость — особый талант, у нас его не было. И вот как-то, когда Петька, будучи судьей, заявил, что «сетки не было» и поэтому «мяч налево», бабка Лу- ша вскочила с места и закричала: — Ты что это, антихрист, подсуживаешь! Мяч—на- право, слышь, говорю тебе! Сетки не было? Чтоб твои глаза лопнули! Была! Я старая, а лучше нонешних моло- дых вижу... Ну-ка скидывай с шеи свисток, сама сѵдить буду. Ох, и смеялись же мы! Петька д аже икать стал. Но все-таки свисток отдал—для потехи. И бабка Луша ста- ла судитЬ' Оказывается, она пока смотрела, все правила запомнила. Тринадцать — восемь,— кричит,— Подача налево!