b000002467

По правде говоря это меня мало интересовало, но для вежливости я спросил: — Откуда? — Мы у Лидии Тимофеевны были? — Были. — Так это мне Юрик подсунул. Я прямо-таки обмер. Вспомнил, как учительский сы* нок пытался засунуть мне за пояс чернильницу. Я д аже по своим карманам рукой провел. Но там, слава богу, чужих вещей не было. Этот Олег вообще невезучий. Трансформатором ногу расплющило, а зимой перед этим сосулька свалилась на голову. Все ходили — ничего, а проходил Олег — она и рухнула. Теперь же еще и рюмочка. Нельзя сказать, что Лидию Тимофеевну мы так уж сильно любили. Скорее д аже не любили. Не нравилось нам, что, когда ставит двойку, то обязательно вздохнет. Вроде ей очень нас жалко. Было б жалко, не ставила, кто ее просит? Но с рюмочкой — это уж с нашей сторо- ны нехорошо выіпло. Когда я понял, какой это позор, сразу схватил Олега за руку, и мы побежали в сарай, где нас никто не мог услышать. Там мы обсудили план действий. Мы оба копили деньги. Я на фотоаппарат «Смена», Олег на велосипед. Рублей двести у обоих было. Мы ре- шили, сколько бы это ни стоило, раздобыть такую же рюмочку и как-нибудь подкинуть ее в дом Лидии Тимо- феевны. Прийти, например, за упражнениями, она отвер- нется, а мы — раз! — и сунем рюмочку под диван. Пусть потом ишет, лишь бы было чего находить. Но этот план рушился еще до захода солнца. В посу- дохозяйственном магазине старушка-продавщица пря- мо-таки разохалась, когда мы показали наши осколки: ах, мол, какой редчайший хрусталь, нынче такого не умеют делать, без сомнения, это из сервиза какой-нибудь великой княгини. Короче, не найти другой подобной рюмочки. Когда вышли из магазина, Олег обругал про- давщицу дворянкой, и мы вернулись в сарай думать дальше. Но что придумаешь, если таких рюмок на всем свете, может, и дюжины не наберется. И угораздило же Олега упасть именно на правый бок. Впрочем, я чувствовал и свою вину. Все-таки это от моего «нельсона» он упал.