b000002467

— В общем, ясно. Вроде нашей «катюши». После лекции на сцену вышел человек в гимнастер- ке с пустьім рукавом. «Скоро зима, — сказал он, — и армии нужна теплая одежда». Наши девочки хором за- кричали: «Будем вязать варежки! Будем вязать вареж- ки!». Вместе с девчонками и д аж е громче их кричал Колька. — Правильно, — похвалил человек с пустым рука- вом. — Но не забывайте, что в варежке должно быть два пальца, — болыной и указательный. Вашим отцам ведь не в снежки играть, а стрелять. Потом он посмотрел на кричавшего перед этим Коль- ку и спросил, улыбаясь: — И ты, молодой человек, тоже будешь вязать ва- режки? На это Колька ответил совершенно серьезно: — Буду. Я прошлой зимой четыре пары на фронт от- правил. Я лучше мамки вяжу. У ней времени нет, она по две смены на заводе. — Отец на фронте? — А то где же? — вопросом на вопрос ответил не- вежливый обладатель тысяча триста девяносто третьего метеорита. Человек на сцене стал серьезным. — Молодец ваш товарищ, — сказал он, обращаясь ко всем, и у меня от зависти защекотало в животе.—Лек- цию замечательную прочел, небо знает, как свои пять пальцев, и на земле тоже кое-что умеет... Помолчав, он заговорил о другом. — Еще одна задач а перед вами, школьники. Метал- лолом. Тут уж без разбору, мальчишки, девчонки, все вместе. Слышал, собрали вы много. А надо еще больше. Знаете, сколько страна выплавила в этом году металла? Одной стали тонн миллионов двадцать! Много, а? И весь пошел на головы гитлеровцев. А им мало. Что ж, дадим еще- Дадим? Мы закричали: «Дадим! Дадим!»- Каждый килограмм, ребята, дорог. Вот, например, старое ведро. Ржаво е такое, с дырами. Вроде, пустяк, на свалку бы. А из него можно отлить такой осколок фаши- сту под ребро, что он тут же богу душу отдаст. Только бог ее не возьмет, как вы думаете, ребята? Всем стало ужасно весело и захотелось тут же бе- жать за ведрами, непременно за ведрами, искать их в