b000002467

называют по местности, где упали. Метеорит Долгая Л уж а — т ак я назвал наш небесный камень, один из ты- сячи триста девяносто двух камней, упавших на землю из космоса и найденных к началу войны. Прочел я в книжке и о самом больщом из всех метео- ритов — Тунгусском. Одним махом он повалил тайгу на тридцать километров вокруг и сам не уцелел при этом, испарился. Метеорит же Долга я Л уж а , чей остаток с трудом уволок мой бывший друг, каким-то образом по- щадил поселок и не снес его вместе с Колькиным сара- ем. После этой книги потускнела вера в примету: зага- дай, пока падает звезда — исполнится. Ее сочинилжелч- ный неудачник в насмешку над человеческой мечтой, никогда не куцей настолько, чтобы прозвучать в миг го- рения небесного камушка. Мечта осуществляется лишь тогда (это я понял, повзрослев), если думать о ней всю долгую человеческую жизнь, а не короткую метеорную. Колька тоже не дремал. На концерте в подшефном госпитале он неожиданно для всех выступил с докла- дом... о метеоритах. Расшагивал с противно важным ви- дом, сцеплял за спиной руки; ни дать, ни взять наш фи- зик Семен Львович. В общем, кусок космического железа, разбивший на- шу друл<бу, сотворил чудо: превратил Кольку в учено- го. Того самого Кольку, который без меня получал бы одни колы. Гуляя по сцене, он ссылался на источники, назвал две, а то и три дюжины фамилий, объявил о су- ществовании в Москве Комитета по метеоритам- Полу- чалось, что добрая половина человечества только тем и занята, что, задр ав голову, глядит в небо, а потом ры- щет в поле. Колька принадлежал к этой уважаемой половине. Я — нет. Раненых лекция развеселила, они громко хлопали, задавали вопросы. Больно ударили по моему самолю- бию записочки. Их посылали Кольке, словно он Маяков- ский. У того, я читал, накопилось двадцать тысяч запи- сок с вопросами. Колька получил три записки, из них две о Тунгус- ском метеорите. Колька рассказал, что взрыв был слы- шен почти за тысячу километров, а воздушная волна посрывала о домов крыши. Один из раненых весело »а- метил: