b000002467

Степка понял, что выдан. Он рассвирепел. — Предатель! — закричал он. — Изменщик! Болтун! Шпион! И его кулаки стали выписывать фигуры вокруг Федо- рова носа. — Никакой я не предатель, — с достоинством отве- тил Федор, даже не моргнув, хотя один из кулаков, описьівая фигуры, уже задел его по щеке. — Я ничего не выдавал. Я просто посоветовался... Теоретически. Постепенно Степка успокоился. Оказывается, Федор лишь спросил у дяди, а что, мол, если начинить трубу порохом и запустить на Луну. И дядя ответил: «Ерунда!» И при этом засмеялся. Степку д аже передернуло, когда Федор показал, как засмеялся дядя- — Много твой дядя понимает, — огрызнулся он- — Кто он такой, чтобы совать свой нос в чужие дела? — К ак — кто? — удивился Федор. — Д а , летчик, говорят тебе, ре-ак-тив-щик. Уж он-то понимает в раке- тах. И говорит... разорвет, говорит, вашу ракету. — Почему ж это его самолет не разрывает? — ехидно спросил Степка. Федор разозлился. —А потому, что его строили ие такие олухи, как ты! Федор рисковал заработать большущий синяк, даже, пожалуй, два, но Степка неожиданно стал как шелко* вый. Сладким голосом он принялся объяснять, что люди должны быть смелыми, иначе они рискуют навсегда остаться на Земле. Степка подлизывался, но Федор был неумоЛим. — Если ты не отдашь порох, — перебил он сладкого- лосого Степку, — я сейчас же расскажу дяде все. У Степки затряслись губы, Он упрашивал, льстил, умолял... Умом я был на стороне Федора, но сердце разрыва- лось от жалости к Степке. Рушились его надежды. На него больно было смотреть. И Федора тронул Степкин вид. Он заговорил более мирно. — Пойми ты, — стал он убеждать Степку. — Пока только соаетские ученые умеют запускать такие ракеты, Американцы и те. не могут. Думаешь, у них нет ржавой трубы или пороху? Еще получше, чем у тебя. А не мо- гут. Знаний не хватает, Учиться надо, вот что. Степка молчал*