b000002465

вал, что в то время Ирка совсем не была красавицей. Мы однажды стояли с ребятами из нашего класса, обсуждали девчонок и пришли к выводу, что Ирка все- таки самая красивая, Игорь даже сказал, что она «мечта поэта». Вот тогда этот парень и вспомнил, что в чет- вертом классе от нее красотой и не пахло. Но молчали- вой она была и в то время. Ее даже называли за это «коровой». Мьі все тогда удивились: Ирку — и коровой! Что у них общего? Но тот парень стоял на своем — называли, и все. Было, мол, общее, но только постепенно исчезло. А вот, оказывается, и не совсем исчезло. Я из кожи лез вон, рассказывал интереснейшую историю, а она в ответ и губами не пошевелила. А потом я подумал: может, просто я слишком инте- ресно рассказывал? Захватывающе? Вот она и молчала, боялась пропустить хоть слово. Мы вошли во вчерашний парк и стали опять в нем прогуливаться. Но все было как-то не так. Хуже, чем вчера. Я шел и молчал. Кончил говорить про Фаросский маяк и не знал, о чем беседовать далыне. Ничего не приходило в голову. Я даже стал раскаиваться, что договорились встре- титься. Подумал: ничего у нас не получится хорошего, одно нудное молчание. И тут вдруг она наконец сама заговорила. ГІроизнес- ла несколько слов. В этом парке есть тир, еще издали слышно, как оттуда доносится: щелк, щелк! Мне нужно было, как толысо услышал это пощелкивание, сразу же поворачивать обратно. Но я тащил Ирку прямо на тир. Ничего не подозревал. Она и произнесла: «Хочу пострелять». А в моих карманах даже одной копейки не было. Не