b000002465

«Ладно, десять,— согласился я.— Но за десять ты дол- жен будешь добавить, что учил поэму три дня и три ночи и что с тебя пот лил как из ведра, прямо на пол, как тебе трудно было выучивать, потому что ты страш- но тупой». Игорь согласился, мы выбрали из кучи щебня десять камешков поменыпе, и я стал бросать. Оказалось, я дей- ствительно меткий — вбросил уже девять камешков и ни разу не промахнулся, но тут вдруг меня схватили за руку. Я думал, это Игорь, но рядом стояла незнакомая женщина. «Где ты живешь, хулиган?» — спросила она. Я промолчал. Игоря рядом не было, его уже и след про- стыл. «Пошли»,— сказала женщина и повела меня — я думал, в милицию, но оказалось, к себе домой. Пришлось ползать по грязному полу, искать камеш- ки и выкидывать их обратно в форточку, а женщина стояла в самом центре кухни, подбоченясь, и не уступа- ла дороги, когда я подползал к ней, так что приходи- лось обползать ее вокруг. Камешки валялись не только на полу, но и в ракови- не, в хлебнице, а также в кастрюле с борщом — борщ был такой густой, что один камешек лежал сверху и даже не тонул. Мне неудобно было лезть в кастрюлю своими рука- ми, но женщина сказала: «Ничего, лезь, это позавчераш- ний, его все равно выливать», кроме того, она заставила меня пошарить и по дну, там тоже нашелся камешек — и это было уже все. «Садись,— сказала женщина.— Что мне с ним де- лать? Может, ты посоветуешь?» Я не понял. Я вообще плохо соображал, у меня руки были в жире от борща, мне хотелось помыть их, но сты- дно было просить разрешения. А женщина стала жало-