b000002465

будь обыкновенное. Все очень удивятся, что Федя не прыскает. Федя согласился. На следующий день мне опять прислали записку, но когда я шепнул Феде на ухо: «Пусть они, дураки, думают, что я говорю тебе что-то смешное», то он в ответ вдруг так прыснул, что сдул с учительского стола чей-то дневник. У него уже рефлекс. Он улсе не может спокойно пе- реносить шепот в свое ухо. Его на этот раз не просто выгнали из класса, ему сказали, чтоб он привел в шко- лу маму. Все зовут его — «Фамусов». Наш драмкружок уже целый год репетирует «Горе от ума» Грибоедова, и Федя играет Фамусова. Почему его назначили на эту роль, не знаю,— наверное, потому, что он толстоватый. Сначала нашим драмкружком руководила та самая учительница, которая плакала, когда Игорь выучил наизусть «Евгения Онегина», и я должен был играть Молчалина. А Игорь — Чацкого. У меня все внутри пе- реворачивалось, когда он на репетициях говорил Ирке, которая играет Софью: «А чем не муж? Ума в нем толь- ко мало!» Это обо мне. Конечно, он вряд ли так думает. Но ему очень нра- вилось это говорить, он еще и пальцем у виска вертел, чтоб оскорбить меня посильнее. А в другой сцене вос- клицал: «Вот я пожертвован кому!» — и смотрел на ме- ня с таким презрением, что мне хотелось провалиться сквозь землю. Стыдно было перед Иркой. Она очень красивая. Но в конце учебного года, уже весною, все переменилось. Наша учительница вдруг куда-то уеха- ла, а тут еще объявили, что осенью будет очень важный смотр самодеятельности, и директор школы решил при- гласить к нам настоящего режиссера из театра.