b000002465

что ему жалко Полину Викторовну, что она очень хоро- шая и что он ее сильно любит,— тогда я повторил снова: «Обязательно умрешь!» — мне хотелось, чтоб он еще болыпе жалел Полину Викторовну и говорил, что она хорошая. Но он, наоборот, умолк после моих слов и некото- рое время шел молча, только сопел. «Ничего,— сказал потом он вдруг.— Если я умру, я все равно буду разго- варивать». И тут я опять вспомнил, как Полина Викторовна рассказывала мне о модных шерстяных чулках для внучки и как я с нею спорил. «Брось,— сказал я Дим- ке.— О чем ты там еще будешь разговаривать!» Но слезы мои стали постепенно проходить, и я уви- дел людей и улицу, по которой шел, четко.