b000002465

ни, то был Демосфен. А многое ли вы можете расска- зать о Джордано Бруно? Наверное, о костре под ним больше, потому что умеете его разводить, я видела, как ловко вы это делали. Так ли уж хорошо вы осведомле- ны о жизни декабристов или Циолковского? А что знае- те о Робеспьере? 06 Эдисоне? О Кибальчиче? «Не про- ходили в школе»,— скажете вы. В школе, к сожалению, многого не проходят, к сожалению, мимо многого про- ходят... Но вас научили в школе главному — читать. Так узнавайте же сами, вам необходимо знать своих предков, ведь вы же люди и понимаете, что возникли не вдруг,— пусть животные так думают, оставьте это им, а вам нельзя забывать, что вы лишь звено в цепи, и если с одной стороны связаны с будущим, о котором стараетесь догадаться, то с другой стороны — с про- шлым, которое должны знать. На этом холме, где мы с вами сидим, погиб один из тех, кто жил до вас. И зарыт здесь... Общие слова о том, кто он такой, вы помните наизусть. Он был геро- ем — разве вы этого не знаете? Он отдал жизнь за Родину и был одним из лучших ее защитников — тоже ведь известно. Но давайте вдумаемся: ведь он был таким же человеком, как и мы. И как все мы, он, должно быть, хотел жить. Что же привело его на холм? Какая внутрейняя сила оказалась в нем силь- нее желания жить? Любовь к Родине привела его сюда. Я хочу, чтоб вы поняли и запомнили: на этот холм пришел человек, в котором любовь к своему народу была сильнее любви к самому себе. Он знал, что здесь его ждет смерть. И мог уйти — мог пожертвовать этим своим большим, но не- сколько абстрактным чувством ради маленькой, но та- кой понятной привязанности к собственной жизни. Мог