b000002465

как Федя. Сказала: «Кулак на шее? Это ужасно! Что ты придумываешь!» Отказалась брать зажигалку. Ска- зала, что, когда я начну курить, она мне пригодится. Получилось все-таки, что я ее обманул. Завлек зажигалкой, а она ей ни к чему. Мне неудобно стало. И вот в этот момент к нам подошел поп. Я испугался его, как милиционера. Думал, он начнет ругаться,— мол, ходят тут всякие антихристы. Но он спросил: «Фрески хотите посмотреть? Идемте, я вас провожу к Феофану Греку». Довольно молодой еще поп, и по внешности ничего себе — с бородкой. Я думал, он отведет нас к Феофану Греку, а тот уже поведет нас осматривать церковь. Я подумал, что Феофан Грек — экскурсовод. Но когда поп подвел нас к картине на стене, я сразу догадался: Феофан Грек — зто художник, причем очень древний, зто по кар- тине видно, она вся растрескалась уже и потемнела. Было нарисовано, как варят грешников. Они в чем- то сидели, но не в котле, как обычно говорят, что в аду варят в котлах, а в чем-то неопределенном, и под ни- ми пылал огонь. Но лица у них были спокойные, как во сне, это мне показалось неправдоподобным,— ведь все-таки их варят, и они должны кричать, дажеесли понимают, что заслужили такое наказание, все равно должны кричать, пусть не от возмущения, а хотя бы от боли. Особенного впечатления эта картина на меия Ие произвела, и я пошел к статуе — увидел статую: крест, а на нем распятый Иисус Христос. Красивая статуя, белого цвета. Ирка осталась возле грешников, а поп пошел за мной. Это мне не понравилось — я подумал, что он за- метил мой интерес к Иисусу и теперь будет стараться вовлечь меня в религию.