b000002465

лучше пропущу ее вперед и нагряну сзади. Потом мне не захотелось рассказывать ей про мальчика, как Игорь избил его, теперь это было ни к чему,— в общем, когда я все обдумал и выглянул, Ирки уже и след простыл, она уже вошла в свой подъезд. Тогда я решил, что так даже лучше — позвоню ей. Скажу, что звоню из собственной квартиры. Она и знать не будет, что я ее ждал,— это для моего самолюбия лучше. Но у меня не было денег. Я стал рыться в карманах, вытащил носовой платок, золотую зажигалку, разные бумажки, которые там оказались, и вдруг нашел пят- надцать копеек. На углу стоял газетный киоск. Я помчался к нему, чтоб разменять деньги, но еще издали увидел, что он закрыт и внутри никого нет. Тогда я побежал дальше — в конце улицы продавали мороженое. У продавщиц мороженого всегда много мелочи. Но продавщица не захотела со мной разговаривать. Не то чтоб сказала: «Не разменяю», а просто стала меня игнорировать. Я попросил: «Пожалуйста, разменяйте, чтоб было ДЕе копейки!»— очень вежливо попросил, несколько раз, но в ответ молчание. Я объяснил: «Мне очень нужно позвонить по телефону», но она даже не шевельнулась, смотрела куда-то в сторону. Я забежал напротив ее глаз и очень громким голо- сом повторил: «Разменяйте, пожалуйста», но она все равно не ответила. Тогда я сказал: «Дайте мороженое за тринадцать копеек». Сразу зашевелилась. Открыла в своем ящике люк — оттуда повалил густой пар — и вынула мороженое, такое холодное, что у меня рука сразу окоченела, когда я его взял. И дала сдачу — две отдельные монетки по