b000002465

вдохом втягиваем внутрь миллиарды бацилл, и всех их наш организм — защищая себя — обязан убить. Самый здоровый, цветущий человек, сам того не поцозревая, ведет ежесекундно напряженнейшую и кровопролитную войну с армиями бактерий — да, войну кровопролитную, она отнимает у человека большую часть всех его жиз- ненных сил и энергии. А зимой, даже в городе, он вдыхает поистине чистый воздух — сколько калорий освобождается для свершения других, более благород- ных человеческих дел! Да, мы смеемся, читаем стихи и в то же время ведем непрекращающуюся кровавую войну — не на жизнь, а на смерть — с простейшими... Какая интересная тема! Ей-богу, как-нибудь соберусь и подготовлю лекцию «Перманентная интервенция про- стейших»,— нет, нет, это слишком непонятно для наро- да, проще и лучше: «Человек и его невидимые враги» — вот так... Физиология, биология, в том числе и микро,— не мой, к сожалению, профиль, но я добьюсь, чтоб мне разрешили, это очень интересно. Ведь, возникнув, чело- век не сразу обратился к космическим проблемам, о которых я читаю лекции,— нет!— он прежде всего занялся выяснением своих отношений с микроорганиз- мами. Со старшими! Да, именно так!— ведь человек гораздо моложе микроорганизмов. И вот здееь выкри- сталлизовывается интереснейшая философская пробле- ма: гомо сапиенс1 не в силах был справиться с огром- ной армией примитивных существ — им легче, они проще, их статус устойчивей — и вынужден был пойти на спасительный компромисс. Он заключил союз с не- которой частью простейших, поселил их в себе — в кишечнике, в крови; все эти лейкоциты, фагоциты, ки-