b000002465

силу. В человеке, к сожалению, бдна душа. Развратить ее легко, а заменить нечем». Мама поцеловала его в лоб после этих слов. Из командировки он возвращается всегда радостный и довольный. «Опять я с вами,— говорит.— Устал чер- товски». Очень соскучивается без нас. Приедет — и сра- зу сядет возле радиолы и крутит старинные роман- сы,— у нас килограммов пять пластинок с этими роман- сами, папа их очень любит. Слушает, смотрит на нас и улыбается счастливой улыбкой. Отдыхает. А потом идет с мамой в кино. В командировках ему где только не приходится выступать: на заводах, в домах культу- ры, в колхозных клубах. Иногда по четыре лекции в день прочитывает, две недели подряд вот так мечется. Конечно, трудно. Тысячи людей успевают прослушать его лекции за одну такую командировку. «Еще одну убитую человеческую жизнь привез» — так он любит говорить. Но это неправильно. Я однажды специально под- считал, чтоб проверить. Не выходит человеческая жизнь. Лекция продолжается один час, ее слушает са- мое болынее человек триста — это триста человеко-ча- сов, то есть двенадцать дней. Если даже считать по три лекции ежедневно, то за две недели получится всего один год. Правда, если собрать все папины лекции лет за пять, то одна человеческая жизнь, может быть, и на- берется. Он и сам знает, что преувеличивает, просто ему нра- вится так говорить. Нравится делать вид, будто он та- кой грозный, что даже, можно сказать, почти убийца. А на самом деле он очень добрый и ничего, кроме лек- ций, не умеет. Я хорошо это знаю, все мы, например, замечательно