b000002465

как не мог вспомнить, где я его уже нюхал, что он мне напоминает. С тех пор как вокруг Пушкина построили новый са- рай, я лазил на него только однажды. А теперь залез снова. Чтоб лучше чувствовать запах. Сидел и нюхал. У Феди есть брат — Димка. Ему всего четыре года. Он как раз вышел из подъезда и стал ходить вокруг са- рая задрав голову. То ли смотрел на меня, то ли тоже нюхал небо. «Хочешь понюхать поближе?» — спросил я, и он ответил: «Хочу». В его возрасте всё хотят. Я протянул ему руку и поднял наверх. Сели рядом и вместе нюхали воздух. Если бы мы были собаками, можно было бы подумать, что мы беззвучно воем в небо. 10 На следующий день была репетиция. С Иркой я да- же не поздоровался. Она опоздала. В тот момент, когда она вошла, я учился выкрикивать: «Карету мне, карету! Карету мне, карету! Карету мне, карету!» Режиссер меня ругал за то, что я неправильно кричу,— мы кричали оба, некогда мне было здороваться. Все же она пришла. Значит, Игорь таки заходил к ней, сообщил, что будет репетиция, откуда она могла узнать еще. Я ей не говорил, не успел, Я думал, Чацкому просто нужна карета. Чтоб дое- хать до своей квартиры. Но оказывается, в этих словах огромный смысл. Нужно не кричать кх, а шепотом го- ворить лакею; «Карету мне, карету!» — и делать при этом нетерпеливое лицо и еще выражать на нем брез- гливость: мол, как мне осточертело в этом паршивом