b000002463

Через неделю деньги были принесены в кассу музея-заповедника. До ответа с извинениями архиепископ не снизошел. Здание тут же было передано общине, теперь там живут итальянс­ кие монахини. Ну а деньги, с таким трудом востребованные у католиков, пошли на обустройство Палат, ведь мы входили не в просто пустое здание, там требо­ вался не только ремонт, а и замена электропроводки, системы отопления, надо было установить решетки на 64 окнах, провести охранную сигнализа­ цию. А финансирование всех этих работ было на нуле, туристов, а стало быть, и доходов было очень мало. А перенести, в очередной раз, нападки в печати, откровенную ложь и клевету ой как не просто. Я приведу выдержку из моего письма ксендзу Стефану Каприо, написанного в разгар этой травли: Вы хорошо ДІіаете русский язык и, конечно, слышали выражение «Побойтесь Бога!» Оно употребляется, когда преодолевается рубеж нравственнос­ ти, совести. В истории травли музея по поводу передачи дома ксендза католической общине при условии возмещения поне­ сенных музеем затрат, собственных, заработанных но копейкам средств - это выражение уместно. Да, побойтесь Бога!» Побоялись. Но не Бога, а угрозы обратиться в Ватикан. После изложения этой истории, стоившей немало нервов и принес­ шей столько огорчений, хочу поделиться своими, нередко возникающими мыслями: как у верующих людей - христиан - увязывается вера со зло­ бой? А с этим, увы! - сталкиваешься часто. Я вспоминаю свою бабушку Ефросинью - католичку, варшавянку Фран­ ческу (это ее в России стали называть Ефросиньей) Бучинску-Казберук, у которой судьба была очень тяжелая, которая is 1914 году оказалась среди беженцев во Владимирской губернии - без знания языка, без средств, без про­ фессии, с пятыо маленькими детьми, муж, раненный на фронте, умер. Я часто слышала ее молитвы, обращенные к «матке боске ченстоховске». Когда от­ крывали Успенский собор is 1944 году, она, принарядившись, вся просветлен­ ная, сияющая, пошла па открытие. Я спросила с удивлением: «Ты же католич­ ка, а идешь в православный храм?» Я как pas в это время прочитала «Тараса Бульбу» - вражда православных с католиками непримирима. Ответ бабушки запал мне в душу: «Христос один. И Мать Божия - одна. Я иду к ним. Надо жить, как они учили, в добре. А остальное не важно». Как ни тяжела была ее жизнь (один сын погиб, дочь посадили в 1937 году, другая дочь - вдова с тремя детьми), никогда у нее не было гнева, озлобления, зависти, упреков. Если б люди, пришедшие в последние годы к вере, следовали идеям христианства - добра, сочувствия, сопереживания, - насколько легче скла­ дывались бы отношения. Дорога к храму - через злобу, подлость, клевету? Не могу это ни осознать, ни принять.