b000002463

видна сильная деформация полотна. Реставраторы предложили мне: «По­ кажите место для пробного снятия заклейки». Наугад показываю в ниж­ нем правом углу. Молча ждем. И вдруг вырисовывается дата - «1904 год» - и автограф Васнецова. Все смеются - точное попадание, ждет удачная работа. Но после составления дефектной ведомости и сметы оптимизм по­ убавился: состояние картины очень тяжелое - более семидесяти проколов, многочисленные прорывы и разрезы краев, в нижней части разрыв шири­ ной 2 см и длиной 112 см, ткань холста провисла, утрата авторской живопи­ с и - 1 5 процентов, стоимость реставрации - 220 тысяч рублей. Для того, чтобы было легче представить величину этой суммы, назову годовой бюд­ жет музея-заповедника иа тот год - 180 тысяч! И все-таки Ю.С. Мелентьев дал добро! Реставрацию поручили бри­ гаде ленинградских реставраторов под руководством крупнейшего специа­ листа Александра Яковлевича Казакова, известного по восстановлению росписей Исаакиевского собора, дворцов Петергофа и Царского села. Ко­ лоссальные размеры полотна потребовали специального помещения боль­ шой высоты - работы шли в Екатерининском дворце Царского села - в помещении, находящемся непосредственно за главным дворцовым залом (теперь там идет реставрация). Работа дорогая, вызывающая недоумение у всех финансистов. Надо принимать и подписывать процентовки каждый раз с авторитетными пред­ ставителями министерства. А проблемы возникают. Картина исполнена на целиковом холсте плотного переплетения французской фирмы. Холст надо дублировать, он очень ветхий. Но такой ширины - 7 метров - в Союзе не выпускают. Шов - более чем нежелателен. И вдруг - фантастическое везе­ ние: в 1977 году к юбилею Октября в Иванове был установлен специаль­ ный станок и изготовлен по приказу первого секретаря обкома холст именно такой ширины (и качество - как у того французского) для создания диора­ мы Иваново-Вознесенской стачки. В музее остался кусок - именно 7 мет­ ров! Совершенно случайно, заговорив о своих проблемах с директором Ивановского музея Еленой Еригорьевной Горбуновой, к великой радости, узнала об этом куске, и, спасибо ивановцам, проблема была решена столь неожиданно и просто. При дублировании холста, при компрессах на деформированные ме­ ста требовалось очень много натурального меда - свыше 40 килограммов (вспомните время всеобщего дефицита!). Председатель облисполкома Т.С. Сушков дает распоряжение: выдать из облисполкомовского буфета. За­ гружаем в прямой поезд до Ленинграда бидон с медом в сопровождении самого физически сильного человека музея-заповедника - Виктора Анто­ новича Сербина. А из Ленинграда - снова звонок: нужно очень много осетрового клея - 12 килограммов. Годовая норма музея-заповедника по фондам Облсиаба - 300 граммов. Меня всегда трогало то, что в кабинетах московских снабженцев довольно легко можно было доказать необходи­ мость чего-либо из страшнейшего дефицита. И осетровый клей получили!