b000002463

спрашиваю. Мне объяснили, что это продухи, на зиму их замазывают, а весной открывают, иначе сруб будет гнить. Вот в чем дело - в фундаменте нашего дома нет этих самых продухов! Когда их сделали, гниение прекра­ тилось. Большой ступальный колодец из села Кольцова Селивановского рай­ она - над срубом огромное колесо, в которое надо войти и шагать по сту­ пенькам, оно, вращаясь, поднимает бадью с водой (довольно редкий памят­ ник деревянного зодчества) - через три года рухнул: какой-то грубый про­ счет был допущен при его установке. И т. д., и т. п. Сколько таких бед - больших и поменьше - подстерегало нас при использовании, пожалуй, каждого памятника, а их - больше полусотни... А если еще повести разговор о проблемах белокаменных памятников... Но это особая больная тема, о ней - когда-нибудь в другой раз. Вестибюль Крестовой палаты в Суздальском кремле, полы в водона­ порной башне «Старый Владимир» и в надвратной церкви Золотых ворот во время реставрации покрыли белыми известковыми плитами. Элегантно. И белый камень - столь любезный и привычный нам. Но неожиданно, под подошвами тысяч посетителей, он вытирается, и за какой-то месяц витрины и экспонаты плотно обволакиваются тонким слоем белой известковой пыли. Это же недопустимо! Через год на плитах ясно видны глубокие вытертые впадины. Чем закрепить камень? Сколько было проб, экспериментов - го­ рячая олифа, воск и пр. Наконец, реставратор по живописи Александр Петрович Некрасов подсказал: в поселке Редкино Московской области - «выпускают смолу КЦ - с какой-то дробью». Подошла! Ездили несколько раз за очередной порцией. Но это делал уже сам музей, без вмешательства реставраторов. В огромных арочных проемах Успенской трапезной церкви в Спасо- Евфимиевском монастыре, по соображениям эксплуатации и сохранения тепла, установили двойное застекление, но открыть эти огромные рамы было невозможно. Неизбежные мухи и паутина между стеклами станови­ лись недосягаемыми, будут храниться вечно! Если поставить экран, затя­ нуть пленкой - будет закрыт великолепный вид на собор и звонницу. Так вот и моем наружные стекла с тревогой и опасностью для жизни, со сторо­ ны улицы, с высоченных лестниц... Ну, а мухи проглядываются. Мог ли думать автор проекта о таких мелочах жизни?! Постоянно слышим о трудностях сегодняшних дней. А по мие, сей­ час во многом стало легче. По крайней мере, не связаны теми путами, из которых нельзя было вырваться, осознавая свою полную беспомощность.