b000002458

куток и там продолжал осыпать её жаркими поцелуями, не оставляя без внимания источающую волнующий аромат шею и оголённую в разрезе платья грудь. При этом Толька явственно ощутил в себе пробуждение рокового инстинкта, который, затуманив разум, по­ буждал к решительным действиям. Истосковавшись по мужской ласке и, по-видимому, находясь во власти того же инстинкта, Галя на этот раз не пыталась умерить пыл своего друга и всецело подчи­ нилась его воле. Уверенные в надежности укрытия и в том, что их отсутствие за столом не может вызвать подозрений, они с трепе­ том тянулись к райскому древу, чтобы вкусить его запретный плод. Однако судьба устами тети Кати —бдительной хозяйки дома со­ рвала их «коварные» замыслы. Из-за деревянной перегородки, от­ делявшей закуток от комнаты, где в это время дым стоял коромыс­ лом, вдруг раздался её испуганный голос: —Батюшки! Ведь парень загубит девку-то: гляньте-ка, что они выт­ воряют. На Тольку будто вылили ушат ледяной воды —он замер в ожида­ нии, что же последует дальше. Галя поспешно начала приводить себя в порядок. В это время за перегородкой раздался голос Димки Анисимова: —Не волнуйтесь, тёть Кать, пусть целуются —они со школы дру­ жат. —Да какая там дружба,—не унималась хозяйка,—от такой «друж­ бы» дети на свет появляются. Последняя фраза окончательно привела влюбленных в чувство, и они, спешно покинув райскую обитель, опрометью выскочили во двор. На улице было прохладно и сыро. В надежде найти какой-нибудь укромный уголок, чтобы вновь уединиться с подругой, Толька об­ вёл взглядом внутренность двора и, не обнаружив подходящего ук­ рытия, опустился на ступеньку крыльца, куда уже присела Галя. Удо­ стоверившись, что их оставили в покое, он попытался было обнять её, но девушку как будто подменили. Тихо, но твёрдо произнеся «не надо» и сняв его руку со своего плеча, она молча уставилась в одну точку, сразу став для него недоступной и чужой. Попытки Тольки вызвать её на откровенный разговор не возымели успеха: о чём она размышляла в эти минуты, для него навсегда осталось тайной. На­ конец, она, решительно встала и, бросив короткое «не провожай меня», ушла домой. У Тольки было странное ощущение нереальности только что про- 30