b000002458

неординарный приём сработал безотказно —заявление на отпуск было тотчас подписано. Тарховский санаторий привлек внимание Вершкова не сам по себе, а в первую очередь как возможность окунуться в театральную жизнь Ленинграда, приобщив к ней и супругу. Поэтому, устроив­ шись в санатории, они на следующий же день отправились в город и накупили билетов в театры на все три недели отпуска. Да и ,поми­ мо того, в бывшей столице Российской империи и «колыбели ре­ волюции» было что посмотреть, поэтому супруги ездили в Ленинг- рад ежедневно и проводили там большую часть времени. Сознание того, что бываешь в столичных театрах в последний раз, усиливало впечатление от их посещения, и в целом от поездки в санаторий мой друг остался чрезвычайно доволен. Что уж говорить о его юной супруге, которая видела Ленинград впервые и была от всей души благодарна мужу за этот увлекательный вояж. Приказ на увольнение Вершкова в запас и весть о завершении строительства жилого дома во Владимире пришли на полигон прак­ тически одновременно. Друзья, поздравляя с такой редкой удачей, ему откровенно завидовали. А мой друг, испытывая невыразимую грусть от столь скорого расставания с полюбившимся ему краем, был далеко не в восторге. В глубине души он до последнего момента надеялся, что с приёмкой дома повременят ещё хотя бы до откры­ тия осенней охоты. Но, руководствуясь пословицей —перед смер­ тью не надышишься, Анатолий незамедлительно приступил к сбо­ рам в дорогу. Но прежде, не изменяя традиции, он устроил прощальный вечер для офицеров своей лаборатории, но на этот раз уже в ресторане. Для празднования был повод и у двоих его подчинённых: Валентин Симоненко стал его преемником на посту начальника лаборатории, а Виталий Валевский вступил в должность старшего инженера. Татьяна на сей раз была свободна от кулинарных хлопот и наслаж­ далась галантным мужским обществом, будучи в танцах нарасхват. При этом она окончательно покорила всех своим обаянием, а неко­ торые в избытке чувств успели даже объясниться ей в любви. Вот как об этом факте на следующий день со смехом поведала Роза Си­ моненко. «Открыла я дверь на звонок и ахнула: Валентин был совершенно невменяем —таким его никогда ещё не видела. Но дальше произош­ ло нечто потрясающее. Едва переступив порог, он сделал мне пока­ янное признание: —Розочка, я тебе изменил! И с этими словами 248