b000002458

и раньше, и он всегда ходил на них перед обедом, вместо прогулки. Так поступить он планировал и в этот раз и ничего худого в этом не видел. Но в воскресенье над его головой уже с утра сгустились тучи, и разразилась гроза. Крутов, получив доклады со всех избиратель­ ных участков о стопроцентной явке его подчинённых на избира­ тельные участки, доложил об этом своему начальнику политотдела Непогодину. Тот в свою очередь, собрав доклады начальников от­ делов, отрапортовал о благополучном завершении голосования в НИУ-1 генералу Воинову. Аналогичные доклады тот получил и от других воинских частей. Однако с избирательных участков к нему поступали сведения не столь радужные. Когда же стали разбирать­ ся с «должниками», то выявилось, что доклад Непогодина оказался недостоверным. Надо сказать, что у Воинова с «черным полковником» были свои счёты. В условиях тотального дефицита в стране, все товары, по­ ступавшие в магазины города, проходили предварительный «от­ бор» для высокого начальства. В универмаге для хранения этого «дефицита» было выделено даже специальное помещение, ключ от которого находился у начальника штаба. И однажды, когда после одного из совещаний с участием Непогодина, когда Воинов пред­ ложил приступить к дележу очередной партии промтоваров, тот категорически отказался в этом участвовать и покинул совещание. Разумеется, «демарш» строптивого полковника не мог быть вос­ принят присутствующими иначе как оскорбление. И вот теперь у генерала появился шанс показать ему за это кузькину мать. Какие слова и выражения использовал Воинов, распекая Михаи­ ла Тимофеевича за «ложь и очковтирательство», автору доподлин­ но неизвестно, но только тот пришёл в неописуемую ярость, и Кру­ тов, которому он тотчас же позвонил, в полной мере ощутил это на себе. От гневной тирады начальника у Рудольфа Тимофеевича зат­ ряслись поджилки от страха за своё кресло и за звание полковника, на которое только что было подписано представление (но ещё не отправлено в Москву). И он, не решившись —хотя бы частично — признать свою вину за происшедшее на выборах «ЧП», целиком переложил её на моего друга, да ещё в придачу охарактеризовав его как последнего разгильдяя. Козёл отпущения, таким образом, был найден, и Непогодин, заявив что, мол, таким людям не место в партии, потребовал завтра же представить на Вершкова служеб­ ную характеристику. По возвращении домой, обо всём этом Анатолий, разумеется, ничего не знал, но по реакции соседей на его появление понял, что 15-696 225