b000002458

И лишь после этого, убедившись в единодушии в данном вопро­ се, все согласились с таким, казалось бы, парадоксальным выво­ дом. И тому были достаточно веские причины. Даже согласно су­ хой статистике, шансов вернуться на Землю у Гагарина было не более 50%. Кроме того —в отличие от будущих космонавтов —испы­ татели досконально знали всю предысторию того старта, которая, мягко говоря, не внушала оптимизма: они были знакомы с много­ численными авариями ракет не понаслышке. К тому же ещё не по­ росла травой земля на братской могиле их товарищей, погибших всего лишь полгода назад при взрыве на старте ракеты Р-16, и они, естественно, старались, по-возможности, избежать участи жертв этой катастрофы. И, как покажет полёт корабля «Восток», опасе­ ния испытателей были вполне обоснованы. После посадки Юрия Гагарина в СА и задрайки люка в подготов­ ке ракеты к старту вышла небольшая заминка: один из датчиков контроля этой операции не сработал. Бригаде монтажников при­ шлось заново открывать люк и задраивать его повторно. Замеча­ ние, таким образом, удалось устранить. И вот, наконец, по громкой связи подполковник Кириллов объявляет пятиминутную готовность к пуску. В бункере воцарилась мёртвая тишина. Испытатели с зами­ ранием сердца приникли к шлемофонам и динамикам, стараясь не пропустить ни единого слова из прощального диалога между Коро­ лёвым и Гагариным, который вёлся по радиоканалу и дублировался на узле связи. Это были самые волнительные минуты накануне старта. Репор­ таж человека из головной части ракеты, которая воспринималась офицерами прежде всего как смертоносное оружие, будоражило умы и поражало воображение. У Вершкова эта картина невольно ассоциировалась тогда с пуском японской торпеды, управляемой камикадзе, обречённым на неминуемую, но добровольную гибель ради выполнения боевой задачи. И хотя он сознавал, что такое срав­ нение в данной ситуации неуместно, но ничего поделать с собой не мог. И что больше всего поражало участников грядущего события, так это спокойный, даже без намёка на волнение, голос Юрия Гага­ рина: создавалось впечатление, что он сидит всего лишь в тренажё­ ре и не сознаёт всей степени опасности, которая поджидает его в предстоящем полёте. По крайней мере, у моего друга было ощуще­ ние, что он переживает за жизнь космонавта гораздо сильнее, чем тот сам. А еще Толька, вспомнив о книге Стефана Цвейга «Звёзд­ ные часы человечества», тогда с гордостью первопроходца поду­ мал: «Вот он —воистину Звёздный час человечества!» 137