b000002450

С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ РОАИНА 49 пав на клочок газеты, сворачивает цигарку. А затем закурив и переживая неописуемое бла- женство, филосовски обращается ко мне: - Смотри, Толька, как я мучаюсь из-за этого проклятого курева: не дай бог тебе заку- рить - будешь когда-нибудь мучиться так же. Поверь: хоть и есть хочется зверски, а ужин готов променять на папиросу. Эта повторяющаяся изо дня в день сценка произвела на меня столь сильное впечатле- ние, что я на всю жизнь так и остался неку- рящим и думаю, что немного от этого поте- рял. Справедливости ради должен признаться, что голод в войну был для меня не только олицетворением всех бед, но и, как сейчас представляется, сыграл роль спасительного лекаря. Дело в том, что в раннем возрасте я был болен неизлечимой тогда болезнью, ко- торая называлась в народе “пороком сердца”. Не раз, в приступе скорчившись от острой боли в груди и затаив дыхание, я обреченно Думал: “Все - это конец.” Мать подбегала тог- да ко мне и испуганно спрашивала: - Что с тобой, сынок? Когда боль отпускала, я, переведя дыхание и стараясь не смотреть ей в глаза, каждый раз Успокоительно отвечал: