b000002445

Я пошел дальше. У витрины магазина головных уборов стояла девушка в голубой мини-юбке и с необыкновенно длинными ногами. Уже был август, но в витрине еще с прошлой зимы висели шапки-ушанки. Девушка • на их фоне стояла, как в мехах. От этого она выглядела еще красивей, и я опять пожалел, что вышел из дому без фотоаппарата. Вокруг нее вертелся, силясь познакомиться, какой-то па­ рень. Он что-то тихо говорил ей и громко смеялся, чаще смеялся, но и говорил тоже, однако девушка ни разу не гля­ нула в его сторону. Она казалась глухой и незрячей, как манекен, и парень ушел. Я поплелся за ним следом, но потом он свернул в переу­ лок, а я не захотел, пошел прямо. Хотя никакого плана у ме­ ня не было. Я не знал, куда мне деваться. Идти домой не хотелось. Там ждала бабушка, а может быть, уже и мама при­ шла с работы. Я хорошо представлял, как она скажет —с не­ годованием, но внешне спокойно: «Я знала, что ты никчем­ ный человек. Тебя не интересуют никакие знания. Ты гото­ вился к экзамену с отвращением». Но мне нужно было с кем-нибудь поделиться своим не­ счастьем, и я отправился к нашему учителю физики. Уже вда­ ли виднелся его дом, когда я вдруг понял, что идти незачем, что я и так слово в слово знаю все, что он мне скажет. «Я так и предполагал,— скажет он.—У тебя нет усидчивости. Нау­ ка —эта талант, помноженный на труд. Ты не умеешь грызть гранит науки». В конце концов я позвонил из автомата Кириллу Василье­ вичу. Кирилл Васильевич —ближайший папин друг, журна­ лист, работает в редакции, пишет фельетоны и статьи. — Ты провалился, Сережа? —спросил он в трубку.— Я это предвидел. Ты очень плохо готовился, без интереса. Все это были слова, ради которых не стоило звонить. — Я зайду вечером,—сказал Кирилл Васильевич,—Что- нибудь придумаем. Я повесил трубку. Две копейки выскочили обратно. Такой испорченный попался автомат. Я снова бросил их в щель и набрал тот же номер. — Не надо ничего придумывать,—сказал я Кириллу Ва­ сильевичу,—Я сам придумаю, чем мне теперь заниматься. — Да, уж ты придумаешь, —насмешливо сказал Кирилл Васильевич.—Вечером зайду. Жди. Но я решил: именно сам. Студент из меня не получился, значит, оставалось работать. Каждый год тысячи ребят прова- 5