b000002445

И в тот же момент за моей спиной раздался голос: — Негодяй! Девушка ломает позвоночник, а он ловит кадр! В дверях стоял папа. Я похо­ лодел. Мне стало ясно: приехал по маминому вызову! Мама ис­ полнила свою угрозу, написала ему обо всем, и вот он примчался, бросив гастроли, полный ярости, чтоб устроить мне грандиозный скандал. Никто не умеет устраи­ вать такие скандалы, как мой па­ па. Одним словом, его приезд — это было худшее из всего, что могло быть. Я не ошибся, скандал он мне действительно устроил, но вече­ ром, в кругу родственников и Кирилла Васильевича. А днем, при посторонней девушке, он был веселым и галантным. Он и вида не подал, что ярость в нем клокочет. Артист! Бросился под­ нимать девушку, спросил, не ушиблась ли, сказал: — О, это моя вина! Я так неожиданно появился. Но вам не следовало торопиться слезать. Если гостье хочется посто­ ять на моем письменном столе, я никогда не против. Я даже люблю это. А обо мне сказал: — Вы не находите, что мой сын —садист? Когда он фо­ тографирует, он теряет рассудок. Однажды загнал бабушку под потолок, а потом заявил, что у него в аппарате кончилась пленка. Бабушка его умоляет: сними меня отсюда, а он: не могу, нет пленки. Слово «снять» он понимает только в фото­ графическом смысле. Но девушка почти не реагировала на папин юмор, даже не улыбнулась. То ли стеснялась, то ли ушиблась при паде­ нии. Тогда папа воскликнул: — Сережа, будь воспитанным! Ты даже не познакомил нас. Я сказал: — Это мой папа. А это,..—и спросил у девушки: —Как вас зовут? 22