b000002443

мышц или красота спокойного лица, на котором благожела­ тельно светились узковатые глаза. Любую работу он выполнял уверенно, и все у него получалось. Удачливый и сильный, Лесь- ка никогда не показывал без надобности своего превосходства над другими. Мальчишки почитали за честь быть знакомыми с Леськой. А некоторые, во главе со скуластым Колькой, по прозвищу Челдон, ходили по пятам своего бога все лето, смотрели на него влюбленными глазами и выполняли все его поручения. За это Леська платил им ленивой благосклонностью. Обь принадлежала Леське. В воде он чувствовал себя как щука. — Лесь, а Лесь, нырни, — упрашивали его мальчишки. Леська не отвечал, только добро улыбался, а когда робкие просьбы надоедали ему, подходил к прогалине между бревна­ ми плота и исчезал в ней. Даже брызг не бывало в этот миг, только легкий всплеск, будто гальку бросили в воду. Через несколько томительных минут стриженая голова ныряльщика появлялась почти на середине реки. Знал он фокус и постраш­ нее. Нырял под плоты и там, перевернувшись лицом вверх, долго плавал с раскрытыми глазами у сплошного потолка из бревен, пока не находил широкую щель. И после этого у него не появлялось одышки, дышал спокойно и глубоко, как во сне. Именно это необычайное дыхание и послужило основой для слухов, будто у Леськи два сердца. Этому верили не только дети, но и многие взрослые. А пенсионер-учитель, раз в лето рисковавший спускаться к реке, всегда говорил одно и то же: — Эх, Алексей, Алексей, учился ты плохо, а в столицу бы тебя все-таки взяли. Ты бы там чемпионом был. Феномен. Незнакомое слово пытались превратить в кличку, но никто не решился первым употребить ее по адресу, и кличка отпала, не произнесенная. Леська с трудом закончил семь классов и с тех пор помогал родителям по хозяйству. Жили они в новом Доме, построенном в конце войны на одном из выступов при­ бережной кручи. Отец Леськи, инвалид, считался сторожем, сторожил плоты, тянувшиеся вдоль берега. Хлопот по охране не было — он разводил кроликов, промышлял охотой, рыба­ чил; часто его молено было встретить на базаре. Там он про­ давал дичь, рыбу, а иногда и отрез на пальто, новые сапоги. — Лесь, а это правда, что у тебя два сердца. спрашивал парень лет тринадцати, по кличке Пузан. — Одно работает, другое отдыхает. Потом наоборот. 67