b000002443

становилось холодно, будто съел натощак три порции мороже­ ного. Эти истории он чаще всего рассказывал перед сном, пос­ ле вечерней линейки, когда мы собирались в спальне. Окна задергивались шторами, Павлик садился на стул в центре ком­ наты и говорил: — Ну-ка, гасите свет, я вас сейчас угощу... И действительно «угощал». «...В эту ночь, — слышали мы протяжный голос из мра­ ка, — доктор проснулся от странного шепота над самым ухом. Он открыл глаза и прислушался. Его чуткий слух различил какой-то странный звук. Доктор чиркнул спичкой и припод­ нялся на локтях. Неверное пламя осветило комнату. И тут глаза доктора расширились от ужаса. Он видел, он отчетливо видел, как в проломленное в потолке отверстие медленно про­ совывается черная рука. Да! Черная рука с кровавым рубино­ вым перстнем на указательном пальце...» Или другая история. Тоже лежит человек в кровати. Вдруг с шумом распахивается окно и по комнате начинает бро­ дить ветер. Сжимая в руке пистолет, человек подкрадывается к окну. Никого. В комнате бушует ветер, а на улице тихо. Све­ тит луна, на деревьях не шелохнется ни один листочек... И так каждое полнолуние: в полночь с треском распахивается окно и в комнату врывается ветер. Павлик уйдет, а мы лежим и не смеем шелохнуться. Нам жутко. В других спальнях шумят, доносятся голоса вожатых, призывающие к порядку, а у нас мертвая тишина. Разве толь­ ко Сева Заикин скажет Павликиным тоном: «Ччерная ррука с ррубиновым перстнем» — и у самого от волнения задрожит голос. Мы слышали, как начальник лагеря хвалил Павлика. По­ хлопал его по плечу и говорит: — Молодец, опыта мало, но дисциплину держать умеешь. Если собирались купаться или идти в лес по грибы, Пав­ лик предупреждал: Вот что, ребята. Что ни делаете — советуйтесь со мной. Без спросу ни шагу, ибо жизнь может выкинуть вдруг такую шутку... Мы уже знали, какую шутку может выкинуть жизнь. Может, скажем, выкинуть из кустов черную руку с рубиновым перстнем и так схватить за горло, что только держись. « Мистер Бромлей, посмотрите на себя в зеркало! 16