b000002443

— Ах, так ты не дикарь! А мы дикари, да? Все зашумели, поднялся крик: «Назвать Генку Жучкой и все! Мало ли что он не хочет!» Я стоял на столе и улыбался от счастья. Я ждал, что Генка вот-вот откажется от щенка. Но Генка был хитер. Увидев такой поворот дела, он заговорил ласково: — Ну что вы, ребята. Щенка ведь иначе зовут — Джуль- барсом. Ну и меня так назовите, если уж надо. А Жучка — с какой стати? Было понятно, куда он гнет. Джульбарс, конечно, в тыщу раз благороднее, чем Жучка. Но ребята разъярились, остано­ вить их было трудно. — Как это — с какой стати? — заорал Селитра. — А ме­ ня Селитрой с какой стати зовут? Я никогда и не видел эту селитру. Даже не знаю, что это — порошок или мазь какая. А зовут и — все. Терплю. На секунду воцарилось молчание, в котором отчетливо прозвучал Генкин голос. — Ну и дурак, — спокойно сказал он. — Дурак, что тер­ пишь. И Тухлый дурак, и Бурда тоже. Эх, что тут было! Селитра, Тухлый и Бурда ринулись на Генку. Еще секунда — и у него под глазом был бы такой же синяк, как у моего друга Рыжего. Но он увернулся, вскочил на парту и заговорил быстро и горячо: — Да, да. Конечно, дураки! Я когда приехал, так уди­ вился... В нашей школе, если б кто так назвал другого, ему б дали! А у вас терпят. Друг друга оскорбляете и терпите. Само­ любия у вас нет! А у меня есть! И если вы меня как-нибудь назовете, я в другую школу перейду... Вид у Генки в этот момент был красивый и решительный, ко я прогнал мысль, что он в общем-то неплохой все-таки па­ рень, и сказал: — Не хочешь кличку, отдавай Жучку. Но на меня даже не посмотрели. Все молчали, и никто не лез уже на Генку с кулаками. Да-а, — протянул Фон, — значит, ты с самого начала так думал? — С самого начала. — А нас все-таки обзывал! Обзывал. Потому что откликаетесь. Помолчали. Фон подошел к окну и стал шумно нюхать цветы на подоконнике. Селитра запустил в нос палец и ше- п