b000002441

примет две таблетки импортного медикамента, третий во- скликнул, что работа студента Верещагина — это самая красивая ошибка из всех, какие он когда-либо видел, а доцент, превосходящий возрастом всех трех профессо- ров, закричал тонким фальцетом: «Галиматья! Галима- тья! Галиматья!», хотя в молодости у него, по свидетель- ству старожилов университета, был глубокий бас. Он так долго кричал «Галиматья!», что в конце концов у него стало получаться: «Галамитья!», «Галамитья! Галами- тья!» — выкрикнул он, чем доставил огромное удоволь- ствие профессору Красильникову, до сих пор сонно мол- чавшему из-за отсутствия перемен. «Как вы сказали? — взбодрился Красильников и побежал к трибуне, бормоча: «Галамитья! Галамитья! Это же совершенно новое слово... Галамиться!» — воскликнул он уже с трибуны и ткнул пальцем в сторону доцента, обладавшего в молодости глу- боким басом, а затем уже более спокойно высказался в том смысле, что он разделяет точку зрения всех трех сво- их уважаемых коллег,— действительно, в работе Вере- щагина есть, во-первых, нечто крайне симпатичное; во- вторых, от нее голова идет кругом; а в-третьих, она — ошибка красоты, потрясающей настолько, что ни он, Кра- сильников, ни уважаемые коллеги не находят никаких других слов, кроме похвальных, а возражений что-то не слышно, если не считать крика «Галамитья!», принад- лежащего, кстати, человеку, которого он, Красильников, до сих пор коллегой не считал, так как относился без особого уважения, но теперь готов уважать и даже без- мерно любить в признательность за изобретение замеча- тельного слова «галамитья», которое ему, Красильни- кову, так нравится, что он просит с сегодняшнего дня у ува- жаемого коллеги разрешения пользоваться этим словом без ссылки на авторство, ибо прекрасное должно быть безымянным. «Все лучшие творения своего разума,— сказал Красильников,— мы должны отдавать народу, не требуя взамен, как прекрасно выразился поэт, в и н - ца» .— «Венца ! — завопил доцент жутким фальцетом.— Венца ! Пушкин говорил о славе, а не об алкоголе!» — «Разве?»— удивился Красильников и сошел с трибуны очень довольный. За свою дипломную работу, после долгой перепи- ски ректората с Высшей аттестационной комиссией, Верещагин был удостоен ученой степени кандидата наук. 55