b000002441

Значит, так: сидит в лодке мужчина, руки на веслах, на запястье золотые часы, которые так сверкают в лет- ний солнечный день, что кого угодно заставят зажму- риться. И в дополнение ко всему этот мужчина нео- жиданно произносит уверенным голосом: То-то, то-то и то-то. Девушка встрепенулась. Она не успела рассмотреть генетические богатства, выставленные на витрине верещагинского лица; может, она и не разобралась бы в них за короткое время проплы- вания мимо, но произнесенная Верещагиным формула подействовала на нее мгновенно. Девушке сразу стало ясно, что этот проплывающий в лодке мужчина принад- лежит к очень уважаемому ею клану людей науки, а тот факт, что Верещагин произнес формулу с легкостью, едва лишь глянув на открытую страницу, свидетельствовало о том, что он в этом клане занимает не последнее место, а, может, даже одно из первых. Уверенная легкость вере- щагинского высказывания произвела на девушку большое впечатление еще и потому, что сама она только сегодня с большим трудом постигла данную научную истину. Одним словом, она сказала: «Ой, вы знаете петлю гистерезиса?», на что Верещагин скромно ответил: «Не- много», после чего, пристроив свою лодку к лодке де- вушки, часа полтора рассказывал ей об остаточном на- магничивании и о многом другом, что необходимо было знать ей для предстоящего экзамена в институте, в кото- ром она училась заочно. Когда они подплыли к лодочной станции, девушка сказала: «Вы мне столько объяснили, сколько я сама и за два дня не выучила бы. Значит, сегодня вечером я могу отдохнуть и пойти в кино». Опять-таки: не Верещагин предложил это кино, а она сама. Верещагину не оставалось ничего другого как согласиться. «Лучше давайте в театр»,— сказал он. Как раз какую-то новую пьесу давали. По всему горо- ду афиши развешаны были: премьера, мол. 104 Это была очень интересная трагическая пьеса, даже немного комедия об одном человеке, у которого никак не могла наладиться нормальная семейная жизнь. Пер- 205