b000002440

Мы не стали ждать окончания разговора и ушли, осто­ рожно ступая по траве. Наутро весь отряд знал о коварстве Павлика. Обще­ му возмущению не было предела. Сева в ярости выш­ вырнул за окно шарик, на котором тренировал свой взгляд. Валерка Спасский и Ваня Корольков показывали мозоли, приобретенные на обстукивании стен, и клялись отомстить. Всем было очень обидно. Нет, говорили мы себе, совсем мы и не запуганные! Конечно, порой нам бывает жутко, но ведь не только поэтому мы хорошо себя ведем. Нам нравится, когда нас хвалят на линейке, и вообще мы уважаем... нет — уважали нашего Павлика. А он считает, что мы овечки. И весь лагерь будет знать, что мы запуганные. Все будут тыкать в нас пальцами и гово­ рить: у них зеленые от страха лица. А мы не хотим иметь зеленые лица! Мы будем бороться с позеленением наших лиц. Появился Павлик — и мы словно воды в рот набрали. Но когда он отправился на речку, уверенный, что мы как дураки станем тренировать свои взгляды и обстукивать стены, жаркие разговоры возобновились. Мы не могли успокоиться. Значит, не из любви к нем рассказывал Павлик разные истории, а для личной выгоды. — Он дурачит нас! — гневно кричал Сева и смотрел на дверь со всей силой своего воспитанного на шарике взгляда. К вечеру был готов план мести. ...Когда Павлик вошел в палату и, погасив свет, начал очередной рассказ, мы стали бесшумно сползать с кро­ ватей. Тихо, без единого звука направлялись мы на чет­ вереньках к центру комнаты, где на стуле восседал зна­ ток тайных сил природы. В темноте я громко стукнулся с кем-то лбом, но рассказчик, увлеченный злоключениями какого-то мистера, не расслышал. А мы ползли и ползли. Наконец, мое плечо уперлось в ножку стула. Слева кто-то — 18 —