b000002439

недавно похлопал меня по плечу и сказал, что у меня «идеальная гимнастическая фигура». А вчера после за­ нятий бросил через плечо: «Скоро поедешь на показа­ тельные выступления». Поэтому я, пожалуй, мог бы справиться с Сенькой. Но Владька запротестовал. Удивительное дело! Я ду­ мал, он обрадуется, а он предпочел идти на верную ги­ бель. — Я сам! — повторял он. Но даже если б Владька согласился, вряд ли это что- нибудь изменило. Даже если бы я побил Сеньку, он все равно отдал бы Зойке-шахматистке оскорбительную записку. Отдал бы с грамматическими ошибками, а по­ том пустил бы прозвище вслух. Так что выхода не было. И тут я вдруг нашел выход. Очень простой выход! Прямо-таки проще быть не может! — Слушай, — сказал я Владьке, — нам просто не нужно ломать над этим головы. Кто такая эта Зойка? Что она тебе? Родственница? Что, ты в нее влюблен? Нет? И я думаю, что нет. Так чего же мы будем переживать? Идем домой и забудем про это. Ты весь вечер будешь читать книжки, а я проведу с бабушкой антирелигиоз­ ную беседу. А Зойка — это не наше дело. Пусть Сень­ ка делает, что взбредет в его глупую голову. Конечно, ошибки ему исправлять мы не станем... Я, еще когда только договорил до середины, понял, что это не выход, а скорее подлость. Что я предлагаю бросить человека на произвол судьбы. И я бы замол­ чал, но Владька смотрел на меня с таким презрением, что я разозлился и сказал даже больше, чем хотел. А в конце еще и брякнул: — Она на тебя и смотреть не хочет, а ты ради нее готов заработать синяк под глазом. Мы сидели на продолговатом мате посреди зала, и когда Владька бросился на меня, мне почему-то пока­ залось, что он подпрыгнул для того, чтобь! сделать саль­ то. Но он кинулся на меня, как коршун, повалил и боль­ но схватил за горло. У него были совсем дикие глаза. Даже сейчас страшно вспомнить, какие у него были глаза... Конечно, я легко с ним справился. Схватил за руку» опрокинул лицом в мат и подержал в такой позе целую минуту. Потом встал и быстро ушел домой. 94