b000002439

не на войне. Тогда я представил, как с грохотом и сви­ стом мчится поезд, и увидел, что шахматистка бросается прядло под огромные колеса, чтобы спасти маленького ребенка, который заполз за линию... В общем, я много о чем подумал. Могло случиться, что девочка попала в катастрофу, или еще что-нибудь. В конце концов, это не имело значения. Главное, что вид у девчонки был мужественный, что она не считала себя несчастной, а наоборот, расправлялась с мальчишками, как с котятами, одной левой рукой. Честное слово, я вдруг очень обрадовался, что она у всех выигрывает, что у нее мозги лучше, чем у Сеньки. Короче говоря, я вдруг пришел в восторг от этой девчонки. Молодчина! — У нее нет руки, — повторил Владька, видя, что я молчу. — Молодец! — ответил я, думая о своем. Владька посмотрел на меня с удивлением. — Дурак, — сказал он кратко. В этот вечер мы долго сидели в пустом и гулком спортивном зале. Разговаривали о гимнастике, о шахма­ тах, о Венере Милосской, а главное, о том, что Сенька собирается написать Зойке-шахматистке такую обидную записку. Мы очень хорошо знали Сенькин характер, зна­ ли, что он плохой товарищ, что ему доставляет удоволь­ ствие издеваться над тем, кто слабее. И вместе с тем мы знали, что этот тип упрям и нам его не отговорить. Владька жаловался на свои слабые мускулы и на судь­ бу. Он считал, что сделал ошибку, начав заниматься гимнастикой. — А чем? — спросил я. — Чем тебе следовало бы за­ няться? — Боксом,— ответил Владька. И я понял, что он собирается бить Сеньку Пригуду. Если бы я не был Владькиным другом, я бы расхохо­ тался. Закатился бы громким и язвительным смехом. Владька Петров хочет побить Сеньку Пригуду! Ха-ха-ха! Фокстерьер против английского дога! От природы Сенька был сильнее и меня. Но он сду­ ру начал заниматься шахматами, и можно было надеять­ ся, что мускулы у него ослабли. Я же, надо сказать, здо­ рово развился благодаря спорту. Бицепсы у меня стали как мичуринские яблоки, а о живот, если его напрячь, мог бы разбиться вдребезги любой кулак, Наш тренер 93