b000002439

то разговаривает с продавщицей. А пока разговаривает, делает из купленной газеты шапку и нахлобучивает ее на голову. А потом уходит. В общем, ерунда. Но снимали эту ерунду, конечно, целый день. И мы с Риткой стояли. Солнце печет! Ритка даже устала. — Не наваливайся на м е н я ,— говорю ей. — Мне и без тебя жарко. — Ты с ума сошел! — отвечает. — Я на тебя не нава­ ливаюсь! Она, и действительно, не наваливалась. Это я так сказал, чтоб она повозмущалась. А то ведь скучно це­ лый день стоять и смотреть, как репетируют одно и то же. — Можешь идти домой, — говорю Ритке. — Сегодня на тебя спроса не будет. Она разозлилась. Говорит; — А на тебя? Ты-то чего весь день стоишь? Ты ведь не любишь в кино сниматься. Я так стоял, за компанию. Но ей это говорить не стал. А то у нее глаза запылают от гордости и удовольствия. Но лучше бы я ее послушался и ушел. Тогда ничего не случилось бы плохого. Или нет — раз случилось, не надо жалеть... Вот что произошло. Уже все отрепетировали, уже даже один раз сняли, как молодой артист покупает газету, вдруг режиссер за­ кричал: -— Стоп! Режиссеры всегда в рупоры кричат. В этих рупорах усилители, голос получается страшной силы, вся толпа вздрогнула от этого: «Стоп!» — С то п !— закричал режиссер. — Переделайте шап­ ку на пилотку! До этого, пока репетировали, молодой артист все время делал шапку треугольником, она как пирамида возвышалась у него на голове. А тут режиссеру вдруг захотелось, чтоб была пилотка, видно, это больше соот­ ветствовало его творческому замыслу. И началась комедия. Сначала молодой артист пытал­ ся сделать пилотку сам. Но у него не получилось. По­ дошел режиссер. Тоже не сумел. Тогда он стал кричать з рупор, чтоб привели какую-то Райку. — Райку позовите! — так и кричал з рупор, а при­ 79