b000002439

И, может быть, шевельнется в собачке воспомина­ ние о замечательных днях, прожитых в моей квартире, может быть, завиляет она хвостиком и вспомнит свое доброе старое имя и, может быть, побежит мне на­ встречу. И воспитаю я из нее настоящую немецкую ов­ чарку... А что? Славка говорит, что такое вполне может быть... БАБУШКА ЛУША Е сть в нашей деревне баб- —ка Луша. Она уже до рево­ люции была старая, а к нашему времени ее и вовсе сог­ нуло вопросительным знаком. Чтобы поглядеть в небо, она голову сворачивает набок, как курица. Хозяйства она уже не ведет. Огород у нее зарос бурьяном, на нем все лето чужие куры промышляют. — Мне, — говорит бабка Луша, — ничего не надо. Кружку молока съем с хлебом, и день сыта. Но это она врет. Потому что все видят, как она в рай- маге баранки каждый день покупает и конфеты берет шоколадные. Они для ее зубов в самый раз. Изба у нее вся развалилась, но бабка и тут говорит: «Мне ремонт ни к чему. Я помру скоро». Это опять од­ ни слова. Помирать бабка Луша не собирается, иначе за­ чем бы ей было покупать этой весной телевизор, да еще «Рубин». Только у нее да в клубе такой есть. Детей у бабки Луши не пересчитать. Только все разъ­ ехались и вместо писем шлют денежные переводы. Как другим газеты каждый день носят, так бабке Луше эти переводы. Вот она и покупает самые наилучшие телеви­ зоры. Но не в ней дело, а в гире, что лежит перед ее избой. Обыкновенная круглая гиря с ручкой, такими раньше мешки взвешивали. Никому эта гиря не нужна, и никто ее до поры до времени не примечал. Только позапрош­ лым летом гостил у бабки Луши пятилетний внук и от скуки натер ручку напильником. Он уехал, ручка поблес­ тела, поблестела и опять стала ржавой, как вся гиря. Но вот однажды шел Витька по улице, и делать ему было нечего. А навстречу шел Петька, и ему тоже было 71