b000002439

Корреспондент, точь-в-точь как когда-то Олежкин отец, спросил, для чего ему деньги. — Очень просто, — ответил Додик. — Когда нако­ пится много, он купит для всех съемочный киноаппарат. Сами будем кино снимать. Корреспондент опять усмехнулся. Второй раз за де­ сять минут. Это мне не понравилось. Я вспомнил, что мы пришли ссориться, а не улыбаться. — В общем, чтоб было опровержение, — сказал я .— Чтоб про Аркадия отдельно напечатали: он на первом месте. Корреспондент снял очки и стал тереть стекла носо­ вым платком. Молчание тянулось так долго, что Верка опять начала краснеть. — Хорошо, — сказал он наконец. — Пожалуй, напи­ шем об Аркадии. Отдельно, как вы и просите. С тем мы и ушли. Аркадий очень обрадовался, ког­ да мы передали ему разговор. — Давай побыстрее купим этот съемочный аппарат,— предложил Додик. — Может, корреспондент придет, пусть и о нем напишет. -—Съемочный, — насмешливо протянул Аркадий .— Дурак ты, Додька. Говорил же теб е— он дорого стоит. Наших денег разве что на коньки хватит. С ботинками. Я уже думал об этом, зима ведь подходит. Додик растерялся. — Как же так? —- спросил он. — У тебя нога вон какая... А у нас... Разве мы сможем в одних ботинках ка­ таться? Выходит, они для тебя одного? Тут Аркадий развеселилсяи хлопнул Додика по плечу. — Ничего, Додька! Подрастет твоя нога, тогда и по­ катаешься. А пока я один попользуюсь. Когда он отошел уже далеко, Верка фыркнула ему вслед: — Подумаешь! За такого и просить не надо было. Тоже мне, на первом месте! Но я сразу дал ей понять, кто она такая. Сказал, чтоб не совала свой девчачий нос в наши мальчишечьи дела. Вечера стали темные, самый раз для кино, только хо­ дил теперь мало кто. Надоело всем. Скучноведь, ког­ да одно и то же. Чтоб стало интересней, Аркадий скле­ ил ацетоном (который в пузырьках для маникюра про­ 51