b000002439

Она обратила на меня внимание, когда я уже собрал­ ся уходить: обеденный перерыв кончился, — Ты корректор? — спросила она, подойдя. — Чего же ждешь? Проходи в кабинет. — Эти люди пришли раньше м еня ,— ответил я. Сидевшие вокруг имели очень важный и солидный вид —- неудобно было лезть без очереди. — Так это же посетители! — сказала секретарша гром­ ко. — А ты сотрудник. Иди. Редактор сидел за столом и пил чай. Я объяснил ему, что ошибку пропустил я. — Да ну? — удивился он. В его тоне совсем не было возмущения, и это мне не понравилось. — Вы, наверное, думаете, что я просто хочу выгоро­ дить Ольгу Павловну? — спросил я. — Ошибаетесь. Это я в тот день читал четвертую полосу. И ошибку про­ пустил я. — Кто бы мог подумать, — сказал редактор. — Моло­ дой, грамотный, а ошибок не видишь. Не видишь, да? Я не ответил. Тогда редактор засмеялся. Он посмеял­ ся, попил чай, потом сказал: — Чудак ты. Да ведь я все знал. Неужели я мог пове­ рить, что это Ольга Павловна? Она у нас на ошибки — зверь. Так я попал в глупейшее положение. Чувствовал, чго надо что-то произнести, но не знал что. Редактор рассма­ тривал меня с удовольствием. —Я сразу понял, что это почерк новичка, — сказал о н .— А Ольгу Павловну специально отчитывал, крепко притом, и довольно оскорбительно к тому же, на само­ любие действовал, все надеялся — не выдержит, призна­ ется, что не ее вина. Я ей даже смазал, что она стареет, что ее уже списывать пора. Ответила: «Значит, списывай­ те». А тебя не выдала. Ну и характер! В общем, можно было уходить, но я все сидел. По­ молчав, редактор сказал: — Значит, в защитники Ольги Павловны пошел? Не бойся, мы ее не обидим. А выговор — это так, пустяк, я ей в трудовую книжку его не запишу. Она золотой чело­ век. Да и ты парень ничего. Хочешь чаю? Я подумал: «Когда еще придется пить чай с редакто­ ром, вряд ли когда придется» — и сказал: — Хочу. 154