b000002439

ходкой и смотрел на «Честно-замшу» строго, без жа­ лости. Он не сочувствовал ему, и это меня возмутило, Поэтому, когда тренер сказал «Честно-замше»: «Шел бы ты, парень, лучше в гимнастику», я ответил: «Спаси­ б о »— и пошел в раздевалку, хотя тренер говорил не мне. - Д а я не тебе! Постой! — крикнул он вслед, но я не стал останавливаться. С тех пор мы больше с ним не виделись. Но слышать о нем приходилось— рассказывал Жорка, который стал ходить в секцию вместо меня. Жорка был поражен, ко­ гда я сообщил ему, что бросаю бокс, у него в голове не укладывалось, как можно бросить такой замечательный вид спорта. В то время он боготворил меня, потому что я в любой момент мог побить его — имел для этого до­ статочную технику и силу. — На твоем месте я никогда бы не бросил бо к с,— сказал он, и я предложил ему ходить на мое место. — А он меня примет? — спросил Жорка, имея в ви­ ду тренера. — Примет, — ответил я . — Ты смотри какой длинно­ рукий. Перед отъездом в Москву Жорка рассказывал, что, прощаясь с ним, тренер вспомнил обо мне: — Дурак ваш Савинов. Из него мог бы получиться классный боксер... — Эх ты !— сказал Жорка. — Струсил! — и ткнул меня кулаком в плечо — легонько, по его понятиям, но я от­ летел метра на полтора. И все же я не жалею, что бросил бокс, хотя с удо­ вольствием, конечно, стал бы кандидатом в мастера, а потом и мастером. Но ведь сколько пришлось бы потра­ тить лет! Жорке это нравилось. Он получал удовольст­ вие от всех тренировок, от каждого боя. Даже об ударах в свое лицо он рассказывал с восторгом. А мне это не нравилось, я правильно сделал, что бросил бокс, и не жа­ лею об этом. Может быть, я и стал бы мастером спорта, но хорошим боксером — вряд ли. Невозможно стать хорошим боксером, если тебе не нравится само это де­ л о— ударять. Ведь именно это главное — чтоб нразилось само дело, а не только его результат. Вместе с нами в школе училась девчонка, у к о т о р о й была одна цель — получить золотую медаль. Не знаю, 6 Заказ 1128 145