b000002438

«Хлюпик ты, — говорил Иванцов тому, другому, застенчивому — Веденееву, —хлю­ пик ты и ничтожество. Таких, как ты, лю­ бят только материнской любовью. Женской вы недостойны. Матросов лишь хорошо знал свой долг— и все. И свою цель. Цель —за­ ставить пулемет замолчать... Если б он мет- че бросил гранату, не было б никакого под­ вига. Подвиг нужен только там, где совер­ шена ошибка. Философски формулируя: под­ виг — всегда исправление ошибки. Запу­ тался и—раз! —одним махом разорвал все путы. Вот что такое подвиг! А Матросов? То же самое! Бросил гранату, а она не попа­ ла в цель... Ты представь себе, пойми его: он видит, как пулемет косит товарищей. И все из-за того, что он, Матросов, промахнулся. Во всяком случае так ему представлялось, в такие моменты все видится слишком крупным планом. Как ему вернуться, как жить с товарищами: извините, мол, прома­ зал, давайте помогу покойничков хоронить... Любой в отчаянье придет. А отчаянье —это особое состояние, и не поймешь, чего боль­ ше в том, что человек бросается на амбразу- РУ грудью—трусости или героизма...» 6* 75