b000002438

са! У вас на целине зимой морозы, конечно, дай бог, но таких не бывает. Одну трубу разорвало, окна повыбило, с улицы в камеру хлынул распаренный воз­ дух. Говорят, там снег повалил. Ворваться в редукционную камеру из всех слесарей решился один папа. Осталь­ ные побежали в «наиболее безопасный рай­ он», к заводоуправлению. А папа, под угро­ зой взрыва, стал с бешеной скоростью ре­ монтировать приборы. На улице тишина, го­ лубое небо, а в камере снежные смерчи и тайфуны. Это вполне по законам физики, ведь разница температур дикая. А отец ни­ каких законов не признавал. Он работал сре­ ди облаков сгущенного газа, среди снегопада в августе. На нем была моя тенниска, я за­ пачкал ее Первого мая консервами, а он ска­ зал: «Ничего, мне на работу сойдет». Когда он, наконец, вышел из камеры, лю­ ди чуть ли не митинг устроили. Он захотел улыбнуться, а у него со щек крошился лед. Так говорят, я не видел. Я как дурак сидел в лаборатории и прозевал единственный в жизни не чужой подвиг: подвиг моего отца. Теперь он шлет из санатория письма. И, знаешь, веселые письма. Чем дальше, тем 22