b000002438

том никогда не ругался, хоть он и слесарь. Раньше, когда я услышал от Иванцова сплетню какого-то Михаила Игнатьевича, я раздумывал: кто это мог исказить папины слова? А теперь, когда услышал от стару­ хи другое, так совсем удивился. Странно: никто не повторяет тех слов, которые папа действительно сказал. Обязательно меня­ ют—одни в худшую сторону, другие в луч­ шую. Зачем? Непонятно. Помнишь, еще в прошлом году я писал, что был у твоей мамы. Мне тогда не понра­ вилось, что она целый час расспрашивала меня, сколько я буду зарабатывать, будут ли платить премию, нельзя ли будет под­ работать еще... Ты очень обиделась, когда я об этом сообщил тебе, и мы чуть не раз­ ругались: ты мне не писала все лето. Я, конечно, с тобой согласен, что твоя мама хороший человек, что она трезво смотрит на жизнь, но мне все-таки не хотелось хо­ дить к ней еще. Я тогда оставил у вас свою книжку, но все равно не пошел. Было не­ удобно: а вдруг ты написала маме, что со мною из-за нее разругалась. Приду, а она как взглянет!.. Но второго мая ехал на трамвае мимо И * 163